Страница 1 из 1

Глава 3. Друг познается…

Добавлено: Сб янв 21, 2017 10:32 am
Liricsdota
Глава 3. Друг познается…
Прошло несколько недель. Артур ушел в беспробудный запой. После исчезновения девушки его скрутили солдаты, посадили в камеру и обвинили в смерти Ани. Мужчина, невольно ставший свидетелем, утверждал, что видел, как тот якобы сбросил девушку с моста и осуществил взрыв, выбивший в его доме стекла.
— Повесить его! Это ж где это видано, чтобы такие отбросы, как он, — мужчина ткнул пальцем в корчившегося от боли Грэя, — имели право на жизнь. Мало того что подружку свою ненормальную утопил, так еще и причинил вред моему имуществу! Вот кто?! Кто, скажите мне на милость, возместит, тскать? А потраченные нервы?! — мужчина схватился за сердце и, облокотившись о стену дома, запричитал, словно старая бабка…
Тело так и не нашли, поэтому парня пришлось отпустить, скрипя зубами, конечно, но раз тела нет, значит, и судить не за что, а за хулиганство положен лишь штраф. В качестве платы начальник тюрьмы конфисковал все счета молодого человека до тех пор, пока дело не закроют или тело не найдут… Оставив тем самым Грэя без средств к существованию. А судя по расплывчатой улыбке главного тюремного деспота, деньги не вернутся вообще никогда…
Грэй наконец-то протрезвел и, отойдя от кошмаров, постигших его за последние несколько недель, решил, что и без шара, используя лишь Данди, сможет устроить грандиозное шоу, ведь он ВЕЛИКИЙ Артур Грэй — мальчик-гений! Баловень судьбы.
Выступление окончилось, так и не успев начаться. Все валилось из трясущихся рук, а зрители, коих собралось меньше половины зала, шептались между собой, наблюдая за тем, как парень со сцены пытается что-то изобразить:
— Неудачник!
— Верните наши деньги, где обещанное?! Позорище!
Деньги вернули, дабы избежать еще большего скандала, театр решили распустить и закрыть на замок.
«Всю жизнь мне испоганила, — сидя в коморке, отхлебывая из полупустой бутылки, думал Грэй о том, что же делать дальше. — Продам театр, выручу деньги и…» Он посмотрел внутрь пустой стекляшки. «Блин… — Артур отшвырнул бутылку в сторону. — Надо раздобыть еще…» Он задумался. «Хм, что-то я давно Кириллыча не видел… Он-то точно мне не откажет в маленьком займе…» — идея посетила его неожиданно. «Точно, сегодня у него выходной… Где там моя одежда?» — пошатываясь, он встал и открыл дверцу шкафа. Найдя нужное, он сменил грязную одежду на более чистую, подходящую для выхода в свет, прицепил значок на лацкан смокинга, причесался пятерней и вышел, заперев за собой дверь.
— «Золотой лев», — всосав воздух носом, он негромко икнул и, сделав шаг вперед, открыл дверь бара. Помещение встретило его тусклым красным светом. В нос ударил стойкий запах сигаретного дыма вперемешку с алкоголем.
Бар, оформленный дорогим деревом, кожей и головами животных в винтажном стиле, заставлял почувствовать себя королем каждого, кто мог себе позволить стать членом этого заведения.
В помещении на хорошем расстоянии друг от друга стояли столы, за которыми посетители распивали спиртное, играли в карты и общались между собой. Чиновники, богатые и знаменитые — только такие люди имели доступ в «Золотой лев»: абонемент покупался на год и стоил как двухгодичная зарплата среднего человека в городе. Поэтому сюда попадала только элита общества. Говорили, что даже его святейшество бывает здесь, но его никто не видел, по крайней мере из друзей Грэя.
Артур, показав охраннику золотую брошь — льва с открытой пастью и рубиновыми глазами, — направился в центральный зал.
Увидев своих друзей, сидящих за их обычным столиком в правом углу, он широко улыбнулся и поспешил к ним.
— Вечер добрый, господа! Давно не виделись, — не снимая улыбки с лица, он поприветствовал троих молодых людей.
— Ты как сюда попал? — задал вопрос один из них, смерив друга взглядом.
Артур ткнул пальцем в брошь.
— А мы думали, тебе сюда вход закрыт… — процедил сквозь зубы блондин, сидящий у стены.
— Антон, как невежливо, — улыбнулся Киря. — И все же — какая встреча! А мы думали, тебя посадили… — он поднял стакан с темной жидкостью, поболтал содержимое и, осушив его одним махом, с грохотом поставил его на стол перед собой. — Садись…
Грэй улыбнулся:
— С радостью выпью с вами, — отодвинув свободный стул от стола, он сел на него, как вдруг Кирилл одним движением ноги выбил его из-под Артура. Грэй упал.
— Кирилл, ты что, охренел?! — зашипел Артур, уставившись на парня в мундире.
Киря натянуто улыбнулся:
— Прости, я имел в виду: садись, но в крысятнике — тебе как раз подойдет, а в приличном обществе мест нет, особенно убийцам, — потянувшись за бутылкой, он налил себе добавки. Повернулся к друзьям-близнецам и незатейливо продолжил с ними разговор ни о чем: — Ну так на чем я там остановился? Ах да. Так вот… Этот анекдот мне рассказал…
— Кирилл, это шутка? Ты в своем уме? Мы же друзья! — заорал Грэй, привлекая к себе внимание.
— Ты нам не друг и никогда им не был, ты помойная безродная собака. Убийца, и поэтому уматывай отсюда, пока кости целы.
— Я уйду, только вот… — Артур посмотрел на Кирилла и без сожалений двинул ему в челюсть.
Парень отлетел прямо на соседний столик, сшибая телом остатки выпивки и карты на пол. Он так хорошо приложился боком о край стола, что слышно было, как что-то хрустнуло под мундиром. Наступила гробовая тишина, посетители отвлеклись от своих бесед и уставились на потасовку в углу.
— Тварь! — проорал Артур.
— Тебе этот так с рук не сойдет! Охрана! — кричали близнецы, пытаясь привести друга в чувство. — Администратор, куда вы смотрели, когда пускали этого сюда?
Они подняли такой шум, что люди повыскакивали из приватных комнат, чтобы посмотреть, что происходит.
На их крики сбежались все… Владелец заведения, посмотрев на Грэя и на разбитые бутылки, покраснел от злости и одним рывком содрал с него золотого льва.
— Вышвырнуть! — приказал он.
Два охранника, прибежавшее еще до того, как спустился старший, уже держали парня, заломив ему обе руки. Повинуясь приказу, потащили его к черному входу. Глухой удар, еще один и еще… Артур медленно плыл в пространстве. Картинки реальности мелькали, словно детский калейдоскоп, свет потускнел. Две незнакомые рожи орали что-то лежащему и ничего уже не соображающему Грэю, усиленно прикладываясь сапогами то по ребрам, то по лицу.
Он погрузился в себя, вспоминая недавние события. Отчаяние, досада и боль захлестнули его, лучшие друзья предали. Он делал для них все, давал денег в долг, когда те проигрывали, и не просил вернуть их обратно; они всегда были вместе. И только одна мысль «За что?!» крутилась в голове.
— Еще раз здесь увидим — убьем, — предупредил Артура один из охранников, а затем завершил свою речь смачным ударом по окровавленному телу. — Пошли отсюда, с этого хватит, — охранник похлопал по плечу второго громилу, окинув Грэя презрительным взглядом. — Подожди, — он смачно харкнул в лежащего. — Вот теперь-то точно все…
Спустя пару часов Артур наконец-то пришел в себя.
Голова болела. Правый глаз слегка заплыл, отбитые ребра не давали возможности вздохнуть. Сквозь боль он вытянул руку и, шипя, попытался привстать.
Грэй подполз к стене, у которой стояли деревянные ящики из-под алкоголя. Ухватившись за один из них, он не спеша подтянул себя к ним. Осторожно сел и попытался встать… Голова кружилась, и очень сильно тошнило.
— Надо добраться домой…
В больницу не хотелось, хотя по логике нужно было именно туда.
— Так, а ну-ка еще раз, — Артур, пыхтя, привстал, затем сделал пару шагов, облокотился о холодную стену дома. — Черт! — выругался он.
Воздух проходил с трудом, прерывистое дыхание больше напоминало предсмертный хрип, чем вздох.
— Друзья, значит… — он поднял руку и осторожно ощупал лицо. — Ш-ш-ш-ш… А-а-а… — шикнул он, коснувшись шишки у правого глаза с запекшейся кровью. Скривив лицо, он сплюнул и, собравшись с силами, побрел домой, опираясь о стены зданий.
— Шаг, еще и еще один, хорошо… — он проговаривал каждое движение, пытаясь не упасть. Заметив нужный ему переулок, отделяющий его от главной улицы, он направился к нему. Опираясь всем телом на стены, он медленно шел к своей цели.
— Что это? — Грэй услышал, как упала стеклянная бутылка за углом.
Он прислушался.
— Хм, странно… — взяв себя в руки, он наконец-то дополз до края стены и, схватившись за ящики, вышел из-за угла.
— Какого?! — подумал он, глядя из-за непроизвольного укрытия.
У правой стены стоял бездомный, побледневший от ужаса и страха. Отчаяние читалось в пьяных глазах. Над мужчиной нависло НЕЧТО. Существо с изуродованным телом, длинными руками и ногами, сутулясь, жадно рассматривало свою жертву. Грудная клетка, изгибаясь внутрь при дыхании, уперлась в грудь так не вовремя оказавшегося на улице пьянчуги. Нечто обнюхивало бедолагу, пуская густую слюну ему на плечо.
— Не-е… у… уб… убива… йте, — трясся он, горячая струя мочи потекла по ногам, образуя лужицу.
Существо стрекотало: зеленая кожа, покрытая гнойниками, из которых сочилась белесая жидкость, дышала вместе со своим хозяином.
Нечто, взревев, схватило бедолагу одной рукой и подняло над землей.
— Еда! — прохрипело оно, полоснув свободной рукой по шейной артерии жертвы.
Кровь, хлынувшая багровой струей, запачкала стену и морду существа. Как только она коснулась губ уродца, тот вздрогнул. Расплывшись в довольной улыбке, он слизал ее со своих черных губ, затем поднял длинный коготь, которым только что вскрыл вену пьянчуге, и слизал остатки с него.
Дождавшись, когда жизнь почти покинет тело жертвы, он положил мужчину спиной к стене, а сам навис над ним.
— Мм! — изрек он в предвкушении.
Посмотрев жертве в широко распахнутые глаза, он улыбнулся ей, совершенно довольный собой.
Распоров одежду на умирающем, он протянул руку к оголенному животу жертвы. Аккуратно нажимая, уродец ощупывал его. Секунда — и он замер, обнаружив нужную точку.
Существо вонзило коготь в солнечное сплетение до половины, медленно повело руку к линии паха. Из разреза появилась тонкая струйка крови, а затем, как только он увеличился в размерах, вывалились и внутренности. Существо не отрывалось от процесса, пристально всматриваясь в глаза еще живой жертве. Урод наслаждался моментом, словно это был не человек, а хорошо прожаренный кусок мяса, а коготь не был когтем, а был вилкой и ножом одновременно. С видом аристократа в ресторане он медленно и не спеша, как предписано правилами приличия и этикета, аккуратно отрезал кусочек за кусочком от своего блюда в такт классической музыке, не забывая периодически запивать все это дело вином.
— Еда, еда, — шипело нечто, запуская руки поглубже. Вытащив потроха, он нашел увеличенную печень.
— Мм, — существо тряслось от удовольствия.
Вырвав печень из тела жертвы, он начал медленно жевать. Словно гурман, наслаждался каждым кусочком. Для полноты картины ему не хватало лишь персикового соуса, под которым обычно подавали фуа-гра в «Золотом льве».
— Еда… — урод хрипел все сильнее и причмокивал каждый раз, когда его губы касались печени.
Артур, раскрыв глаза от ужаса, стоял, позабыв про свою боль. Его вывернуло потоком горькой слизи из пустого желудка.
От страха свело все мышцы, его лихорадило. Грэй инстинктивно начал пятиться назад.
— Крыц! — мелкие осколки стекла хрустнули под правой ногой.
«Конец!» — молнией пронеслось в голове. Артур посмотрел вниз. Маленькое предательское горлышко от бутылки торчала из-под его ботинка.
— Твою мать!
Существо резко вскочило на кривые ноги и начало нюхать воздух.
— Гуль! — глаза Артура еще больше округлились, когда он узнал существо из детских сказок. Он видел картинку, нарисованную в одной из книг, и почему-то запомнил ее очень отчетливо.
Вместо того чтобы напасть, существо схватило труп когтями и волоком потащило его в канализационный сток.
Рванув со всех ног, Артур, сшибая ящики, несся домой. Добежав до входной двери, Грэй с грохотом влетел в прихожую, захлопнул дверь за собой и, подперев своим телом, сполз на пол.

Утро
Схватившись за голову и попытавшись открыть заплывший глаз, Артур потихоньку встал на ноги. «До чего же больно, — подумал он. — Все как в тумане…»
— Данди, ты дома? — прокричал Грэй, медленно перебирая ногами в сторону кухни.
Отдельное крыло театра, когда-то служившее складом для декораций, обзавелось пристройкой и вторым этажом. В качестве трудового вознаграждения сразу же после ремонта оно отошло Артуру. Парнишка в свои шестнадцать лет мог позволить себе что-то более дорогое, и даже в центре города, но стены театра, ставшие такими родными за несколько лет, нравились ему больше. Поэтому Федор Станиславович нанял рабочих, и те отстроили отдельный дом. Удобно и недалеко от работы.
Артур, схватившись за дверной косяк, сделал еще пару шагов вперед.
— Бред какой-то… — Грэй легонько потер затылок. — Сколько же я вчера выпил, чтобы такое померещилось. А-а-а-а… — он убрал пальцы от шишки на голове.
Дойдя наконец до кухни, Артур сел на стул, стоящий у мраморного стола, и задумался на секунду, пытаясь вспомнить события прошлой ночи.
— Три бутылки вина, потасовка с Кириллом и этими двумя идиотами… Блин, теперь вход в «Лев» закрыт, а жаль: столько денег потратил на этот… — он цокнул. — Так, уроды эти… После ничего не помню… — он насупил брови и потер переносицу.
Его глаза резко округлились. Он вспомнил Гуля из детских книжек. Существо жадно поедало мужчину в переулке, наслаждаясь каждым кусочком человеческой плоти. Эта картина всплыла из недр подсознания, и захотелось блевать…
— Фу… — Грэй вздохнул несколько раз полной грудью, подавляя рвотный позыв.
«Да такое просто невозможно! Это был пьяный сон алкоголика, кошмарный сон!» — успокаивал он себя, но безрезультатно… Ему стало не по себе.
— Почему храмовники допустили такое? — он взял стакан и налил в него воды из графина, стоящего в центре стола.
— Данди! — крикнул он еще раз после того, как осушил сосуд.
Две маленькие лапки коснулись плеча хозяина.
— Вот ты где, проказник. Спал, что ли?
Мышонок широко зевнул.
— Значит, спал, ладно… Есть хочешь?
Малыш нехотя разлепил глазки и уставился на хозяина:
— Ур-р-р?!
— Да все нормально, заживет…
Данди забегал кругами по столу.
—Давай лучше поедим, а то… — он вспомнил вчерашнее. — Только ничего мясного. Хорошо?
Малыш закивал головой с такой силой, что уши периодически закрывали его мордочку.
— Ну и отлично. Тащи сюда, — он начал перечислять, — грибы, картошку, лук, яйца и специи. А я пока достану посуду, в чем готовить.
Нарезав лук полукольцами, Грэй забросил его в хорошо разогретую сковородку, потушил слегка до легкой золотистого цвета и добавил грибы.
— Еще минутка, и закидывай картошку.
Данди удерживал миску с уже нарезанной и помытой картошечкой и ждал команды.
— Отлично, забрасывай! — Артур улыбнулся, глядя на то, как малыш аккуратно переворачивает содержимое тарелки.
— Так держать, а теперь ждем, — Грэй накрыл сковородку крышкой и сел на стул.
— Ур-р-р? — мышонок залез на плечо хозяина и начал осторожно трогать ушибы и ссадины друга.
— Ур-ур-уру! Ур?
— Да… Это ты точно подметил. И да, болит, а куда деваться…
Малыш потер лапки и приложился к лицу хозяина.
Заплывший глаз, распухшая губа и другие мелкие ссадины уменьшались в размере, пока от них не остались лишь какие-то маленькие покраснения.
— О, ты, оказывается, и так умеешь, а я, дурак, после каждой пьянки отлеживался, а надо было лишь тебя попросить, — Грэй рассмеялся.
Данди прищурил оба глаза.
— Да пошутил я! А вообще, спасибо. Вот что бы я без тебя делал, — он вздохнул. — Ать, горит!
Артур вскочил со стула, схватил лопатку и откинул крышку:
— Фух, успел.
Перевернув содержимое на другую сторону, он взял пять яиц и, разбив их в миске, взбил слегка вилкой, посолил и поперчил.
— Последний штрих! — вылив содержимое в сковородку, он убавил огонь и сел обратно на стул. — Засекаем десять минут, и можно есть. Данди, сделай одолжение, нарежь хлеб, пожалуйста.
Пока малыш занимался злаковыми, Артур достал чайник с верхней полки, насыпал туда листьев мяты, липы, черной смородины и, залив водой, поставил на плиту.
К тому моменту мышонок закончил с нарезкой и, словно дирижер, расставлял столовые приборы по своим местам. Горячая сковородка, словно огромная птица, приземлилась на подставку под горячее в середине стола. За ней последовали вилки с тарелками. Маршируя в воздухе, словно солдаты, на стол опускались кружки и чайные ложечки. Последней к этому удивительному маршу присоединилась пиала с вишневым вареньем.
— Не так быстро, друг. Что надо сказать? — остановил друга Артур, наблюдая за тем, как тот уже запустил свой личный столовый прибор в сковородку.
— Ур-ур-ур!
— И тебе приятного аппетита. Ну, налетай! — Артур, схватив вилку в правую руку, отделил себе часть питательного завтрака холостяка и переложил в тарелку.
Какие-то пять минут — и огромная сковорода опустела. Дымящийся чай наполнил кружки и ждал своей очереди. Отхлебнув чуток, Артур глубоко вздохнул, наслаждаясь богатым ароматом.
— Хорошо… — он втягивал воздух ноздрями, и манящий запах трав расходился теплом по телу.
— Ур-р-р, — Данди потер животик, выражая полное согласие с тем, что завтрак и вправду удался.
— Слушай, я, наверное, пройдусь по городу, хочу проверить кое-что… А ты побудь дома, хорошо? И это… — он не стал дожидаться ответа мышонка. — На всякий случай достань из Аниного ящика амулеты солнца и повесь у парадного входа и двери, ведущей в театр.
Данди сморщил мордочку, выказывая свое недовольство, явно не одобряя желания хозяина пройтись по улицам, особенно после вчерашней драки.
— Если это плод моего воображения, то вечером посмеюсь над собой, а если нет, то нужно предупредить храмовников до того, как эта тварь убьет еще кого-либо из местных… — сказал он вслух.
Данди склонил голову на бок, пытаясь понять, о чем идет речь.
— Не переживай, просто пройдусь. А ты сделай, как я сказал… И это очень важно. Хорошо?
— Ур-р-р, — Данди кивнул еще раз.
Грэй, встав из-за стола, убрал грязную посуду в мойку и направился в кабинет на втором этаже между его и Аниной комнатой… Открыв дверь, он осмотрелся.
— Как давно я сюда не заходил.
Он прошел вперед, проводя пальцами по столу у двери. Посмотрев на две тонкие дорожки, оставленные после прикосновения, он вытер руку о штанину. «Надо навести порядок», — подумал он, смахивая пыль с одной из коробок.
— Вот ты где… — он аккуратно извлек из коробки еще одну, но чуть меньше и оформленную черным деревом и золотыми вставками. Нащупав замок, Артур слегка нажал на него. Раздался еле слышный щелчок, и крышка сама приподнялась вверх. Он поднял ее чуть повыше большим пальцем, и его взору открылся небольшой кинжал.
— Не думал, что ты мне когда-нибудь понадобишься… — он глубоко вздохнул, и следом раздался чих.
— Тут точно нужна уборка… — он шмыгнул носом.
Найдя чистый кусочек ткани, Артур аккуратно вытер лезвие и рукоять кинжала. Подарок от Ани и Федора Станиславовича на совершеннолетие.
Осмотрев коробку и убрав бархатную подкладку, он извлек кожаные ножны, которые свободно крепились к ремню на штанах.
— Так будет спокойнее… — закрепив держатель в нужном положении, он просунул в него острие и, выйдя из комнаты, закрыл за собой дверь.

— Дмитрий Иванович, постойте! — Артур выбежал за пределы театра и, на его счастье или беду, практически нос к носу столкнулся с главным сплетником города.
«Повезло… — подумал он. — В другой день обошел бы старичка стороной… Уж слишком назойливая личность».
Небольшого роста дедушка держал в руках авоську с продуктами, овощи, фрукты и местную газету «Каэльские новости» — все то, что может понадобиться на сегодня.
Чистая накрахмаленная одежда, совершенно белая макушка и хитроватый прищур блекло-голубых от старости, но все подмечающих глаз на морщинистом лице дополняли картину. Услышав, как кто-то позвал его по имени, он распрямил плечи и обернулся на зов.
Пробежав каких-то пару метров, Грэй предстал перед пожилым мужчиной, с интересом рассматривающим его.
— Здравствуйте! Давненько вас не видел. Как вы? — Артур улыбнулся самой искренней улыбкой, которую только мог изобразить.
Старик прищурил левый глаз.
— Да, давненько. Случилось чего? Театр решил открыть? — недоверчиво, но с какой-то надеждой спросил Дмитрий Иванович.
— Что вы! Все хорошо. С театром пока все так же, — Артур растянул уголки губ вверх.
— Странный ты какой-то сегодня. Взъерошенный…
— Нет, это вам показалось, — Грэй рассмеялся. — Погода хорошая, вот решил пройтись то там, то сям, может, чего увижу или найду. Вдохновение — оно такое — может ударить в любой момент.
— Да что тут может происходить-то, етить… Все как всегда… — Дмитрий Иванович задумался на секунду, подняв глаза немного вверх. — Хотя бабка одна с рынка пожаловалась, что ночью дикие собаки корову задрали чью-то. Так это же вообще непостижимо! Как корову с пастбища в город загнать?
— Ого! Сильные небось собаки, — Артур припомнил ночные приключения, и горький комок встал в горле.
— Стая, стая! Поэтому, Артурка, до ночи не ходи, мало ли чего, — погрозил дедушка пальцем.
Грэй улыбнулся:
— А вы говорили, ничего интересного. Вон, можно сказать, жизнь мне спасли.
Артур сделал акцент на спасении, чем изрядно потешил самолюбие дедушки.
— Да что ты! Для хорошего человека ничего не жалко. А вообще, поговаривают всякое. Вот на рынке, — он начал свой рассказ, — как с утра ни пойдешь, так там такое… Вот, к примеру, доктор местный, — он перешел на шепот, из-за чего пришлось наклонить голову, чтобы услышать, о чем же он бормочет, — говорят, сам себя залечил, да так, что, поговаривают, сошел с ума. Так теперь к нему больше и не ходют, боятся умалишения. А вот еще одна бабка сказала! — дедушка завелся, как юла. Рассказал если уж не все сплетни, так точно большую их часть. Не забыв дать множество советов, «к кому ходить, а кого стороной обходить».
— С рукой у сердца прошу меня простить, но, к сожалению, мне пора бежать. Хотел в храм заскочить и в булочную. А вы ведь знаете: эти два места лучше посещать с утра, иначе потом будет или пусто, или не протиснуться.
— Уже уходишь, жаль, жаль… О! Совсем забыл. Ты в пекарню если пойдешь, бери слойки, а не плюшки. Они дешевле, со вчера остались. А вот с батоном аккуратно. Хозяин рецепт новый придумал, слабит, говорят, — схватившись, видимо, инстинктивно за живот, Дмитрий Иванович попрощался и, подхватив свои авоськи, поковылял в сторону дома.
Бывший билетер в довольно преклонном возрасте знал все и обо всех. Уйдя на заслуженную пенсию и передав опыт новому поколению билетеров, наслаждался жизнью и ее дарами.
— Булочная… А что, можно и прикупить чего. Данди порадую. Время-то еще есть.
Дойдя до нужной улицы и остановившись у яркой вывески «Пышная булка», Артур переступил порог магазинчика. Небольшая, но довольно уютная пекарня манила к себе ароматом легкой сладости и свежевыпеченного хлеба. «Ур-р-р-р», — заурчало в животе.
— Только поел, а уже проголодался. Ладно, купим на сейчас и на потом… — взяв корзинку и металлические щипцы, Грэй внимательно посмотрел на стоящие впереди витрины, пестрящие разными вкусностями. Набрав всего, чего хотелось, и встав в очередь у кассы, Артур стал невольным свидетелем разговора двух старушек.
— Ой, да ты что? Явно брешут.
— Ай! Говорю: именно так и было, самолично видела. Ну как сама… Соседка из соседнего района видела. Как эти самые собаки корову гнали.
— Страх-то какой. Теперь на улицу не выйдешь! Ай-ай-ай.
— Говорят, Сверонгский храм отправил младших рыцарей на проверку и вроде как даже служитель был с ними.
— Да ты что?! — одна из старушек охнула.
— Ага, — никак не могла угомониться вторая. — Внутренности-то коровы прям на дороге валяются. Корова, ну та, что задрали, соседкина, так бедная женщина чуть Богу душу не отдала.
— Бедняжка… — покачала головой старушка.
— Представляешь, добежала до храма, панику там у смотрителей подняла, толком объяснить не может. Ну, те бегом осматривать место. Человек пять, не меньше их было. Точно говорю, чуть ли не сама видела, Верка-то врать не будет.
— Страсти-то какие.
— Ты послушай. Соседке-то моей, ну той, что корову нашла, денег дали — вроде как за моральный ущерб. Грехи отпустили, и еще, — она перешла на шепот, — ее САМ благословил, — бабулька подняла палец вверх.
— Денег дали?! Да еще и молитва от самого? Повезло! А сколько дали-то?
— А не знаю, но, — она выпрямилась, — вроде как по слухам… Хватит на целое стадо!
— Повезло, — проскрипела первая. — Нам бы так с тобой.
— И не говори! Я б себе сразу и рэмонт в доме сделала, платьёв накупила… — она закатила глаза.
— Уважаемые дамы, вы оплачивать собираетесь? — вздохнул продавец за прилавком.
— Молодой человек, не видите: мы разговариваем! — резко ответила одна из старушек.
— Оплатите покупку — и можете говорить сколько угодно, но, пожалуйста, на улице. Вы мешаете другим покупателям.
Артура так сильно увлек разговор двух пожилых дам, что он не заметил, как за его спиной образовалась линия как минимум из еще десяти клиентов.
— Никакого уважения к старости! Пойдем, дорогая, у меня посидим.
Расплатившись и подняв свои морщинистые носики вверх, старушки гордо вышли из магазина.
— Извините за ожидание, у нас так всегда. Если их не поторопить, они часами могут так болтать, — практически без эмоций сказал парень у кассы. Видимо, привык к такому.
— Бывает, — ответил ему Артур.
Отдав деньги за выпечку, Грэй спрятал бумажный сверток в карман пальто.
Через четверть часа Артур наконец-то добрался до нужного переулка. «Не так уж и далеко от «Льва». И почему я выбрал именно этот путь?..» — подумал он, измеряя расстояние от бара до тех самых ящиков, за которыми он встретил существо.
— Куда?! Где! Словно корова языком слизала… Даже кровь убрали! Гады… — возмутился Артур.
Стена, которая еще вчера была окровавленной, блестела и сияла чистотой. Такое чувство, что такой чистой она не была со времен постройки.
— И все это из-за какой-то коровы… Бред какой-то…
Отойдя в сторону, Артур что-то заметил.
— Так, а это еще что? — Грэй наклонился.
Дождевой сток, куда Гуль утащил свою жертву, был разорван изнутри. Покореженные стальные прутья и грязь свисали со стен. Став на колени, Артур наклонил голову, чтобы получше осмотреть сток.
— Интересно… — он потер каменную кладку пальцем. — Глубоко…
Смахнув засохшую грязь, он увидел следы когтей.
— Собаки, говорите… Мне б такую собаку, да еще с такими-то когтями — и можно вообще ничего в этой жизни не бояться, — подметил он про себя.
— Ого! — наклонив голову еще ниже, Грэй заметил клок волос. — Даже кровь еще не высохла. Эх, фу, мерзость, с куском кожи…
Скривив лицо, Артур осмотрел находку. Пахло алкоголем и металлом вперемешку с помоями.
— А вот и наш бонус.
Обыскав свои карманы чистой рукой, Грэй вытащил чистый платок и, завернув находку в него, направился к Сверонгам. «Посмотрим, как вам такая корова, — подумал он, выходя на главную площадь. — Гуль, может, и обвел вас вокруг пальца. Но с такими доказательствами вам уж точно придется изловить эту тварь».
Храм Сверонгов — белокаменные стены, высокий забор и солнце на центральной пике — привлекал взгляд, словно яркое пятно среди серой одноцветности улочек города.
Пройдя во внутренний двор, Артур увидел группу людей, ждущих своей очереди у небольшой молельни. Кто-то заходил, чтобы помолиться, некоторых интересовала святая вода, а иных — заряд амулетов силой храма Сверонгов.
Грэй зашел внутрь главного здания, стоящего поодаль. Дойдя до алтаря, он поклонился изображению солнца.
— Смотритель, благословите, — склонив голову перед человеком в рясе, он стал ждать.
— Здравствуй, сын мой, благословляю.
— Смотритель, не откажите в аудиенции. У меня есть важные сведения по поводу вчерашнего происшествия в переулке, — не поднимая головы, сказал Артур.
Смотритель храма удивился:
— Конечно, сын мой, следуй за мной, поведай, что тебе известно.
Пройдя через всю залу, Грэй вошел в комнатку следом за смотрителем. В углу сиротливо стояли стол и два стула. Смотритель храма взял чайник и налил в два бокала отвар из трав, что росли при храме.
— Присаживайся, сын мой. Поведай, что тебя угнетает, — он сел.
Артур сделал то же самое. Усевшись за столик и вытащив окровавленную ткань, он протянул ее смотрителю.
— Что это? — мужчина отпрянул от непонятного свертка.
— Не бойтесь, отче, это то, что может подтвердить мои слова, — Грэй положил ткань на стол.
Смотритель храма недоверчиво наблюдал, как молодой человек перед ним осторожно раскрывает сверток.
— Отче, вчера я был в переулке, где якобы загубили корову. Только вот не корова там была, а живой человек. Я лично видел, как необычное чудовище потрошило беднягу.
Монах икнул.
— Сын мой, говорить о таком грех. Ты же знаешь, что мы живем на святой земле и никакая нечисть не может ступать на сию святую землю. Ты точно уверен в том, что ты видел?
— Клянусь, как наяву вижу: когти острые, как серпы, глаза красным горят, кожа зеленая, почти черная…
У монаха округлились глаза. Он сложил ладони вместе, молясь и шатаясь из стороны в сторону на стуле.
— Зубы кривые, уши длинные. Я признал в нем Гуля из книг, я его сразу узнал! — Грэй жестикулировал руками, показывая длину тех самых железных когтей.
Глаза монаха уменьшились, и он перестал качаться.
— Гуль, говоришь? Это детские сказки. Таких чудищ не существует. Молодой человек, если вы пришли сюда шутить, то прошу вас уйти, иначе мне придется позвать младших рыцарей и отправить вас в тюрьму.
— Да я тоже так подумал! Что привиделось. Но нет: я проверил место и нашел клок окровавленных волос, — Артур ткнул пальцем в раскрытый сверток на столе.
— Кровь вижу, волосы вижу, а не думал ли ты, сынок, что это собачья шерсть?
— Что вы, отче, я труп видел своими глазами. Пока эта тварь терзала бедолагу, я еле ноги унес.
Смотритель сложил ладони перед собой.
— Довольно! — крикнул он. — Ваша наглость не знает границ. Вы пытаетесь осквернить имя храма Сверонгов. Наши рыцари во главе с главным служителем все осмотрели. А вы, молодой человек, утверждаете, что видели чудище, да не какое-то там, а из детских сказок!
— Я не хотел никого оскорбить, но я уверен в том, что видел!
— Хорошо, допустим, вы видели, — смотритель прищурил глаза. — В какое время это произошло?
— Точно не уверен, но ближе к полуночи, — растерянно ответил Артур.
— Откуда вы шли в такой поздний час?
— Из «Золотого льва».
— Пили?
— Если только чуть-чуть, но это не меняет того, что я видел.
— Значит так, за такие шутки вас могут закрыть в качестве профилактики денька на три! — смотритель посмотрел на Грэя еще раз. — Покиньте храм.
Не дав договорить, Артура вытолкали на улицу.
— Да… дело плохо. Где должны слышать и помогать… Тьфу, — он плюнул на мраморный пол. Затем, быстро осмотревшись, пошел прочь.
— Тоже мне защитники, блин, — выругался он.
Артур направился в сторону дома, обдумывая все возможные способы поимки и уничтожения нечисти.
— Встречи, как вчера, не проходят безнаказанно, это лишь вопрос времени. Стать обедом для этого урода… Лучше уж я его, чем он меня… — произнес он вслух, нащупал кинжал на поясе и прибавил шагу.
* * *
— Войдите.
— Ваше святейшество, разрешите войти?
— Проходи. Что-то срочное?
— Простите, что отвлекаю вас от ваших дел, но приходил молодой человек. Вы просили докладывать о любых странных слухах…
— Продолжай, — его святейшество махнул на кресло, стоящее напротив стола.
— Благодарю, — младший по рангу сел на указанное место. — К нам сегодня приходил молодой человек и утверждал, что лично видел, как некое существо… — мужчина замялся.
— Существо? — главный служитель поднял левую бровь.
— Да, ваше святейшество. Он сказал, что видел… Гуля.
— Гуля? — переспросил старший.
— Да, он так сказал. Это существо из детских книг и…
— Я знаю, когда-то читал. Так чего он хотел?
— Гуль?
— Молодой человек. Чего он хотел?
— А! Он отдал мне кусок ткани, а в нем волосы с оторванным куском кожи.
— Парня задержали?
— Простите, наверное, должны были. Но он ушел… Я ему, конечно, не поверил. Вы же лично проверили место и сами удостоверились, что останки принадлежат животному. Поэтому я его и выгнал… Если хотите, могу отправить за ним рыцарей.
— Не надо, думаю, у парня слишком живая фантазия. Но если еще раз появится, пошли за ним рыцарей, пусть закроют наглеца. Сомневаться в действиях храма, да еще и приносить что-то подобное… — его святейшество покачал головой.
— Да, я так и сделаю. Спасибо за то, что уделили мне время.
— Стой. Ткань, что он тебе дал, где?
— А… Я ее выкинул.
— Принеси, хочу взглянуть, может, и вправду отправим за ним отряд.
Младший по рангу открыл рот, чтобы что-то сказать, но главный служитель его опередил:
— Ступай.
Отче попятился спиной к двери, кланяясь и благодаря наиважнейшего человека в храме за потраченное на него время. Закрыв дверь, он молнией помчался к себе искать платок, что отдал ему этот странный парень.